если меня что-то просят оставить на память, я оставляю сигареты

спать.

как-то не очень, когда те, кого ты настолько идеализировал и считал родным и близким, жестоко обламывают тебя. прям как удар под дых, а все, что ты можешь, только стоять, держась за бочину, и тяжело дышать, смотря предателям вслед. 

сутулая.

Одиночество стало - отчеством...
Небо - крышей, деревья - стенами.
Обречённый твоим пророчеством,
Я брожу облаками пенными.

В Петербурге легко состариться,
Здесь иные часы и скорости...
В фонарях монотонно плавятся
Все печали мои и горести.

Этот город с гранитной нежностью,
С розоватой луной над крышами
Дышит сам такой безутешностью,
Что любые страдания - лишние...

Эти встречи считать подарками -
Что пред каменным львом заискивать.
Не сутулясь бродить под арками,
Или дождь в свои вены впрыскивать.

Петергоф обнимать в подрамники
И высматривать птичье пение
Там, где листья плывут подранками
Вслед фонтанному откровению.

Всё пастелью тумана смажется,
Всё насытится вдохновением,
И слеза на щеке не кажется
Ни судьбою, ни преступлением...

я больной ребенок
меня в этом городе нечем лечить

-кассир,будь добр
плацкарт до Питера
и я буду жить

только не лечи меня здесь
не лечи
у Питера свои врачи.

перестать бежать от стыда за себя,
обеты, таблетки, транспорт, мусор,
хватит лечить горло, хватит думать

на улице сейчас тепло, слушайте

видимо, кто-то до меня поиграл на нервах продавщице карусели, ибо она кинула в меня твиксом, когда у меня было не без сдачи

видимо, фундамент моей никчемной жизни треснул


i have died everyday waiting for you

третий месяц трубецкого

камиль, ты козел, я кину камень тебе в лицо!